«Солдаты Одина» вернулись. Как ночные патрули финских «викингов» связали с Россией

Как и зачем движение из Финляндии распространилось в те страны, где никогда не ждали Рагнарек.

«Солдаты Одина» вернулись. Зачем финские правые вновь вышли на улицы и причем тут Россия

Антимигрантское финское движение «Солдаты Одина», ушедшее на покой в 2016 году, вновь подняло голову. В Сети распространяются фотографии скандинавских патрулей, стройными рядами шагающих вечерами по улицам, чтобы «защитить женщин» Финляндии.

Выглядят патрулирующие брутально: черные куртки с ликами викингов в устрашающих рогатых шлемах (логотип организации), камуфляжные штаны и берцы. Лидеры движения заявляют, что теперь бравые финские правые будут защищать местных женщин от сексуальных домогательств мигрантов из мусульманских стран. Традиционно активисты предъявляют претензии именно к ним.

Сами «Солдаты…» не спешат обозначать «партийную» позицию в рамках политических координат. Они идентифицируют себя как «патриотическую ассоциацию уличного патрулирования», которая среди прочего выступает против «исламизации, ЕС и глобализации».

Но стоит признать — это универсальный курс европейских правых, начиная от немецкой партии «Альтернатива для Германии» и французского «Национального фронта» Ле Пенов, заканчивая эстонской «Консервативной народной партией» (EKRE) и «Датской народной партией». Однако «Солдат Одина» не без причин связывают с нацистскими группами.

«Политики позволяют мигрантам насиловать наших женщин, и они ничего с этим не делают. На улицах будет война, и мы готовы сражаться», — заявляли «Солдаты Одина» в 2016 году корреспонденту The Daily Mail.

Рассказываем, как движение, зародившееся в холодной северной стране, стремительно распространилось даже в те европейские страны, где в Одина никогда не верили. И кто попытался найти в нем пресловутый «русский след».

 

Пролетарский бунт

В 2015 году страны Евросоюза настиг кризис миграции из стран Ближнего Востока и Африки. Обосноваться в Финляндии стремилось куда большее количество человек, чем, например, в странах Балтии — по-скандинавски высокий уровень жизни привлекал новоприбывших, а Хельсинки были и не против. Шесть лет назад государство поставило рекорд по беженцам: их приехало более 32 тысяч за год.

До 2015 года желающих было почти в десять раз меньше — 3–4 тысячи ежегодно. После всплеска антимигрантских настроений финским властям в 2020 году пришлось ограничить квоту на беженцев до 850 человек в год.

На фоне исламизации (термин спорный, но весьма популярный в ультраправых кругах) и появились «Солдаты Одина». Говорят, не без участия право-консервативной партии «Истинные финны» — кстати, на парламентских выборах кризисного 2015 года она почти выиграла, уступив первое место «Финляндскому центру». Учитывая последующее открытие ячеек «одинцев» буквально по всей Европе совсем не верится, что движение зиждилось на старании энтузиастов и не имело покровителей, обладающих серьезными капиталами.

 

Тем не менее достоверно известно лишь о публичной, а не финансовой поддержке «Истинными финнами» патрулирующих «викингов». Для пополнения «солдатских» рядов новыми рекрутами из числа сторонников популярной партии этого вполне достаточно. В феврале 2016-го «одинцев» насчитывалось не менее 600 по всей Финляндии.

Подавляющее большинство «Солдат Одина» — представители рабочего класса. Мусорщики, сталелитейщики, механики, водители грузовиков, заводские рабочие и даже безработные пролетарии, оставшиеся не у дел по разным причинам, в том числе из-за экономического кризиса. Некоторые были судимы — например, один из лидеров организации, 27-летний Юха-Матти Киннунен.

 

Ответ на миграционный кризис

Что скрывать — причина у правого бунта была: некоторые беженцы действительно оказались замешаны в сексуальном насилии. К началу 2019 года количество таких преступлений, в том числе совершенных в отношении детей, выросло на 30%. Хоть полиция Финляндии и заявляла, что этот показатель меняется из года в год, его резкий рост совпал с громким преступлением в Оулу — десять задержанных по подозрению в изнасиловании из числа беженцев, пятнадцать несовершеннолетних жертв.

На законопослушных мигрантов и даже с некоторого времени обладателей финского гражданства эти события повлияли не лучшим образом, ведь ксенофобия росла вместе с неутешительной полицейской статистикой. Парадоксально, но мигрантскую преступность добропорядочные этнические афганцы, иранцы и так далее объясняли журналистам так же, как и финские скинхеды — незнанием преступниками законов чужой страны и разностью культур, в одной из которых к откровенно одетым девушкам на улицах, мягко говоря, не привыкли.

«Это зависит от того, из какой страны они прибыли и к какой культуре они принадлежат. Возможно, они считают, что если на девушке мало одежды, то ее можно изнасиловать», — отмечал в комментарии финской Helsingin Sanomat приехавший в Финляндию в 2015 году афганец Навид Сафдари, получивший статус беженца.

Абсурдная «рука Кремля»

Практически сразу после появления в Финляндии ячейки «Солдат Одина» начали создаваться в скандинавских государствах, странах Балтии, на Украине и даже в России. Примечательно, что носили они скорее «искусственный» характер: подписчиков в социальных сетях было мало, активность нулевая. Создавалось впечатление неудачного проекта: движение со скандинавским колоритом старались интернационализировать, но не вышло.

Так, пять лет назад на антимигрантский марш в Эстонии вышло не более 50 «Солдат…», удостоившись разгромной статьи от Русской службы BBC — журналисты поспешили упомянуть об их симпатии к русским уже в заголовке. Это была первая и последняя «крупная» акция. В эстонском парламенте тут же поспешили связать «Солдат Одина» с Россией. Впрочем, у финских «экспертов» тоже возникали такие мысли после того, как о нашумевших патрулях рассказал телеканал Russia Today.

 

 

Украинский «филиал» не продержался и года — старательно переведенные на украинский язык цитаты норвежского музыканта Варга Викернеса о необходимости вернуться к язычеству не произвели впечатления на «хлопцев» соответствующей политической ориентации. «Солдаты Одина» не выдержали конкуренции с множеством украинских националистических движений.

Активность российских «Солдат Одина» и вовсе началась с оксюморона: на странице «Вконтакте» позиция движения, названного в честь скандинавского божества, обозначается так: «Против прививания коренному населению чужой культуры, защита своих традиционных ценностей и культуры».

В России проект продержался куда дольше — аж три года, до середины 2019-го, невзирая на полное отсутствие активности на страницу движения репостили заявления «братских» неонацистских группировок вроде «Wotanjugend». Но за пределами онлайна отечественные «одинцы» так и не показались — возможно, их просто никогда и не было.

Оцените статью
Семьи Крыма